Александр Мирер. Дом скитальцев -
53 >
Едва заметная волна прошла по телу курга. Глор понял: он слышит все и
не желает замечать балогов. Он приполз сюда, чтобы умереть. Тогда Глор
зачем-то отряхнул перчатки, взял курга за передние и задние лапы и
перевернул через спину на другой бок.
Рана была огромная. Больше, чем в кулак. Сквозь нее проглядывал
дыхательный мешок, и весь бок запекся струпами черной крови. Ник,
сострадающе прищелкивая челюстями, залила рану клеем и шепнула:
- Лучемет... почти в упор...
- Шагов с восемнадцати, - подтвердил Глор.
Ник потрогала плечо курга, нашла кровеносный сосуд и приложила к нему
ампулу с универсальным лекарством.
- На него это может подействовать как яд, - сказал Глор.
Ник промолчала. Да и что было говорить? С тех пор как на планету ступил
первый Десантник, кургов ловили или уничтожали. Кому придет в голову лечить
курга?
Когда ампула опустела, Ник ее не выбросила, а спрятала за отворот
перчатки.
"Молодец", - подумал Глор. Брошенная ампула может оказаться уликой.
Кург бессильно приподнялся. Уронил морду в пыль. Черные, с зеленым
отливом глаза поплыли направо, потом налево. Остановились. Ник громко
сказала:
- Вы _д_о_л_ж_н_ы_ бороться с болезнью! Почему вы не боретесь?
Старайтесь заживить рану, пожалуйста. Вам теперь лучше?
Кург дернулся и пополз, перебирая передними лапами. Обе пары задних
тащились по земле. Он полз совершенно по-звериному - равнодушно. Он был
равнодушен к балогам, к своему страданию, к себе самому. Для него все было
кончено, и он уходил подальше от дороги.
- Он хочет умереть, - пробормотал Глор. - Невероятно... Он все равно
умрет, если... - Он махнул рукой.
- Он может говорить?
- У них же нет речевого аппарата. Голосовой мембраны и прочего...