Александр Мирер. Дом скитальцев -
19 >
выезжали - со двора - в автомобилях с пуленепробиваемыми стеклами. Это и
понятно. Работникам Центра приходилось беречься от пришельцев не менее
тщательно, чем военному командованию.
Отсутствие пешеходов пенсионерки как раз заметили. Вывод последовал
самый решительный и неожиданный: в дом номер десять въехало "тайное
посольство одной великой державы". Столь же нелепый миф, как и насчет
ссыльного Пушкина, который никогда здесь не проживал и, ясное дело, не писал
отсюда писем. Так-то... Но самые нелепые мифы одновременно и самые живучие.
И старушки были очень огорчены, когда два обитателя особняка вышли на
тротуар пешком, через дубовые резные двери подъезда.
Это было две недели спустя после тугаринских событий. Центр уже давно
развернул работу - разливал по баночкам скудный ручеек информации,
сочившийся из Тугарина. Пришельцы-резиденты никак себя не проявляли, и
коллектив томился от безделья. Беспокойно и напряженно было в Центре. В
девять ноль-ноль полковник Ганин, комендант Центра, как обычно производил
обход помещений. Осмотрев кухню и гаражи, он поднялся по служебной "черной"
лестнице на второй этаж, заглянул в безжизненно-чистые, пустые комнаты
больнички, к связистам, в шифровальную, в лаборатории и по мраморной
парадной лестнице спустился в вестибюль. Здесь он увидел, кроме дежурного
офицера, еще и Дмитрия Алексеевича Благоволина - референта начальника Центра
Зернова. Референт выглядел крайне несолидно: рубашка-распашонка, вокруг шеи
- полотенце, карман узких джинсов оттопырен мыльницей. Дело в том, что
общежитие помещалось в левом крыле этажа, а умывальня - в правом. Однако
торчать посреди вестибюля в таком виде, подавая дурной пример строевому
