Александр Мирер. Остров "Мадагаскар" -
75 >
даст ослабить трос. Лебедка сумеет выбирать слабину быстрее, чем капсула ее
создаст.
Юнссон опустил руку, протянутую к секторам тяги. Конечно, он был не в
себе, но цель-то у него была благая -- выбраться из черноты и спасти
корабль. Так рассчитывал Хайдаров, и не ошибся. Юнссон послушался. Беззвучно
шевеля губами, он стал подключать скафандр к системе капсулы: приточный
шланг, отводящий шланг, энергопитание, контрольный кабель. В надутом
скафандре это сделать нелегко. Хайдаров терпеливо ждал. Готовился к сеансу,
пустив мысли на самотек, и никак не удавалось сообразить -- правильно ли он
делает, принуждая Тиля к проверке. С проверкой, или без нее, придется давать
Тилю серпанин. Адское снадобье. По сравнению с ним тригразин, инъецированный
Уйму -- мятная конфетка... А ты не рассуждай, сказал он себе. Серпанин
нельзя давать без предварительной проверки мозга -- не-льзя, и точка. И не
рассуждай.
Юнссон подключил последний кабель. Стюард-автомат капсулы сейчас же
наполнил ее воздухом -- на экране было видно, что серебристый чехол
скафандра сжался на Юнссоне, обтянул плечи. Тем временем рядом с первым
монитором: поместили второй, от Оккама, для кривых мозга, и на нем вспыхнула
бессильная и бесшумная гроза сознания Тильберта Юнссона, подсознания и всего
остального. Николай мужественно потянул монитор к себе -- с чувством
отчаяния. Четвертый сеанс за три часа. И после сеанса не будет времени
отдохнуть, о великий космос...
... Отодвигая от себя монитор, он не рассчитал движения -- плоская
тяжелая коробка полетела в экраны, дернула кабель и рванулась обратно.
Невесомость... Кто-то перехватил монитор. Кто-то -- кажется, Сперантов --
подсунул Хайдарову термос с горячим кофе. Николай заставил "себя сделать три