Александр Мирер. Остров "Мадагаскар" -
60 >
считать измерительно-поисковой системой, настроенной на мышь и потому не
обладающей поведением... Мы уже пытались атаковать плазмой.
Такэда подхватил:
-- Следовательно, зондирование без взрывов? На телеметрии? Нет
возражений?
Сперантов благосклонно кивнул. Возражений ни у кого не было. Один лишь
Юнссон молчал, всматриваясь в черные экраны. Такэда окликнул его:
-- Тиль! Мы ждем.
-- Меня? -- встрепенулся Юнссон. -- Вот уж придумали! Старый пират, сын
греха, всегда готов к абордажу! --
"Даю зонды, -- сказал Такэда. -- Албакай, шлюз!"
Отдаленное звонкое звяканье вакуум-насоса стало глухим, бормочущим --
откачивался воздух из шлюзовой камеры. Насос опять зазвенел, мигнули лампы,
и Албакай доложил: "Готов".
-- Включаю кинограмму. Пуск! -- сказал Такэда.
Еще раз мигнуло на пульте. Первый зонд ушел с катапульты. Оккам
бархатным голосом доложил: "Нет информации".
-- Как в банку с тушью, -- сказал Такэда. -- Воспроизвожу кино грамму.
Старт зонда в замедленной демонстрации выглядел впечатляюще: из люка
выплыл протуберанец синего пламени, погас, и стал высовываться обтекатель
ракетки, и тут же, в метре-полутора от брони, стал укорачиваться, как в
дурном сне. Чернота съедала обтекатель, начиная с трубки Питу. Срезала.
Усилием воли Хайдаров. заставил себя сменить начало отсчета и понять, что не
чернота съедает ракетку, а ракетка уходит в черноту, в НО. Тонет.
Действительно, как в банке с тушью. Чернота Казалась плотной, как жидкость,
зонд вонзался в нее на большой скорости, и -- ни всплеска, ни самой
крошечной Морщинки. Ровным серпом надвигался НО на зонд. Обтекал выступы
фото-, фоно-, гамма-, газо- и прочих датчиков. Бомбового отсека. Топливного
отсека. Двигателей. Все...