Александр Мирер. Остров "Мадагаскар" -
54 >
-- Непременно надо привлечь свои детские конфликты... Чистоплотность чаще
всего инстинктивна, дорогой командир..
-- У меня -- нет. Это все папаша, -- ухмыльнулся Уим. -- В виде
неосознанного протеста я вылизываю все окружающее. Экипаж. Корабль. Орбиты.
Я на этом настаиваю: в виде протеста. Плотнее...
Они закрывали люк грузового шлюза.
-- Я не знал, что еще уцелели скотоводы, -- сказал Хайдаров.
-- Теперь -- нет. Сорок лет назад был мой папаша и еще двое-трое. Он,
когда был помоложе, возжелал добыть льва -- как полагается, с копьем, -- но
лев, увидев копье, и не найдя электромобиля, гида и остальных атрибутов, не
захотел участвовать в охоте. -- Уим спрятал течеискатель. -- Ну, все.
Куратор! Что ты имеешь сказать мне?
-- Вроде бы ничего, -- сказал Хайдаров. -- А что?
-- Думаю, ты пошел, имея целью разговор.
-- Ни боже мой, -- с полной искренностью сказал Хайдаров. -- По-моему,
ты в полном порядке. Теперь не в форме, пожалуй, я.
-- Страшно? -- просто спросил Уим.
-- Страшновато. Не очень, а однако...
Командир кивнул. Не хуже Хайдарова он знал, что бесстрашных людей не
бывает. Он кивнул, тщательно расправил складки скафандра -- дьявольски
неудобная штука, -- и проговорил:
-- Николай, я совершил глупость. Задержал пассажиров. Сознаю, и тогда
сознавал, остановиться не мог.
Хайдаров удивленно посмотрел на него. Уим пояснил:
-- Не самобичевание, Николай, нет... Объясняю, дабы ты понял. Я
предложил отложить десантирование, будучи в расстройстве чувств, так это
говорится?
-- Примерно. Мы можем говорить по-английски.
-- С русскими я беседую по-русски, -- сказал Уим. -- Расстройство
чувств, ибо поступок того, кто дезертировал, был гнусный. Я знал, кто его