Александр Мирер. Остров "Мадагаскар" -
5 >
каравеллы.
Инженер поднял брови, но переспрашивать не стал. Лицо у него было
умное, очень подвижное. Он проверил герметичность внешнего люка, старательно
пощелкивая рукояткой течеискателя. Хайдаров отметил это пунктуальное
выполнение уставных требований. Отметил и хирургическую чистоту в шлюзовой
-- полированную белоснежную пластмассу, сияющий алюминий на покрытиях
скафандров, аккуратно растянутых вдоль стен.
-- Куда вошел метеорит? -- спросил Хайдаров.
-- В кают-компанию, куратор.
-- Меня зовут Николай. Николай Хайдаров.
Инженер кивнул, пропустил Хайдарова в овальную горловину внутреннего
люка и тщательно закрыл и задраил крышку.
В корабле было ночное освещение -- тусклые синие лампы горели в
коридорчике-отсеке, примыкающем к шлюзовой, и в каютном коридоре, кольцом
охватывающем центральный ствол -- рубку. Они были в "первом пассажирском
уровне" на этаже верхнего ряда кают, от первого до семнадцатого номера.
Бросив взгляд вдоль кольцевого коридора, Николай увидел крупные светящиеся
номера Кают, и красное очко под каждым -- пассажиры спали в
койках-амортизаторах. Что же, правильно... Болтаться у самой Земли -- это же
свыше человеческих сил. Интересно, как пассажирскому помощнику удалось их
угомонить? Он подумал еще, что на "Мадагаскаре" не пахнет аварией -- и в
переносном, и в буквальном смысле. После аварии горло Щиплет сварочный дым,
запах горелой изоляции и азота, застоявшегося в резервуарах. Здесь приятно
пахло смолой и чем-то еще, тоже приятным.
Методично щелкнул замок -- отворилась рубочная дверь. Почти в ту же
секунду корабль вздрогнул -- старт ракете, доставившей Хайдарова был дан
строго по инструкции, после проверки герметичности внутреннего люка.