Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
90 >
заслонкой. Чтобы из бочки можно было высыпать балласт, когда понадобится.
Для балласта дробь насыпают, стальную.
-- А зачем это может понадобиться?
-- А не лезь попэрэк батьки в пэкло! -- сказал Квадратик, бездарно
имитируя ее украинский акцент.
Катя только усмехнулась -- Квадратик дразнился ни капельки не обидно.
Чудной парень, окалка! Знал бы, как он смешно говорит...
-- Поплавок, говорю, большой. Пока он весь наполнен бензином, батискаф
плавает на поверхности. Как лодка. Чтобы он стал погружаться, из одного
отсека выпускают бензин. Через клапан -- видишь? Туда входит морская вода,
и батискаф погружается.
-- Совсем?
-- Понятно, совсем. Пока до дна не утонет.
-- А люди как же?
-- Люди? Они в кабине сидят. В гондоле. А сама гондола круглая, как
бомба. Шар лучше всего давление выдерживает. Люди сидят внутри и смотрят
наружу через иллюминаторы. Научные наблюдения наблюда-ат. Потом открывают
заслонки на бункерах с балластом, дробь высыпается, и батискаф всплыва-ат.
Заметьте! Катя и тут удержалась, не передразнила Квадратика в
отместку. Такое благородство было исключительным явлением, как сказала бы
мама. Но Игорь тоже был исключительным явлением.
-- А если дробь застрянет? -- спросила Катя. -- Тогда люди на дне...
бр-р-р! Подумать ужасно, согласись!
Игорь важно оттопырил губы и произнес явно не свою фразу:
-- Изобретатель батискафа Огюст Пиккар был Великим Инженером! Он
предусмотрел все! Первое дело -- бункеров две штуки. Застрянет в одном
дробь -- из второго высыплется. Другое дело -- можно бункера и вовсе
сбросить. Поняла? Всю бочку можно выбросить. Всплыве-ет!
И Катя, увлеченная, подхватила:
-- Всплывет!
Лекция о батискафе была почти закончена. Игорь еще рассказал про