Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
57 >
Такое условие Мите даже и понравилось. В конце концов они с
Гайдученко друзья и земляки, а Квадратик хотя и отличный парень, но чужой
пока что.
И они побежали к Игорю.
Непривычно и странно было подходить к калитке, прорезанной в глухом
кедровом заборе. Непривычно было смотреть на маленькие окошки в больших
наличниках и знать при том, что за бревенчатыми древними стенами живет
мальчишка, умеющий говорить со всей Землей. Странно было видеть два
высоких столба над крытым двором -- два столба, и между ними провода,
высоко-высоко над крышей.
-- Видишь -- антенна, -- сказал Митя. -- Длина двадцать метров, подъем --
пятнадцать. Он сам построил!.. Давай стучать -- там у него Барс. Свирепый.
Но Катя нажала на кованую щеколду и прямо вошла под крышу двора. Не
родилась еще та собака, которая на нее бросится!
-- Назад! -- крикнул Митя, но было уже поздно.
Катя шагнула через доску под калиткой, и хрипящая буря налетела на
нее из темноты. Р-ррр! Катя лежала на земле, а пес стоял над ней и
устрашающе рычал, а его цепь еще звенела, укладываясь после броска. Митя
кричал: "Свои!", из дома тоже закричали и кто-то выскочил и оттащил
мохнатого Барса. И Катя смогла подняться. Пес оказался рыжим. Как раз о
такой собаке мечтала Катя, но сейчас ей расхотелось иметь собаку.
-- Он слишком неожиданно бросился! -- оправдывалась она. -- Я и слова
сказать не успела.
Квадратик промолчал. Он оттащил собаку и приказал: "Сидеть!" Потом
провел их в дом, где странно пахло гарью, а откуда-то сверху вопрошал
тонкий старушечий голос:
-- Иго-орь, внуче-ек, не за лекстричество платить?
Оказалось, что бабушка Игоря лежала на печи! Катя только читала о
