Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
16 >
-- Странные фантазии... Х-м. Чьи это выдумки, твои? Или слышала от
кого-нибудь? -- Он быстро, прямо посмотрел на Катю.
"Ого! -- подумала Катя. -- Сейчас начнется... Услышит бабушка,
взовьется, поведут к невропатологу". То есть к врачу, который лечит
нервных.
-- Плохо быть единственной дочерью! -- дерзко сказала Катя.
Яков Иванович усмехнулся и щелкнул ее по животу.
-- Пап, неужели тебе никогда не хотелось путешествовать просто так,
без всяких самолетов, пароходов? Пап, ну серьезно -- не хочется?
-- Эх, как еще хочется! -- ответил отец с полной искренностью. -- Ты и
представить себе не можешь, как мне этого хочется!
Он прошелся по комнате с ясной, веселой улыбкой. Хотел еще что-то
сказать, но в прихожей хлопнула дверь. Вернулась из клуба мама. И отец
заторопился -- помочь ей снять пальто.
Разговор сам собой кончился. Катя еще немного повертелась, не зная,
довольна она своей хитростью или недовольна. Отец, по-видимому, успокоился
насчет ее "выдумок", а с другой стороны, она о перемещениях ничего не
узнала. Так она и заснула. А утром ей и вовсе вчерашние события показались
ненастоящими. Будто она их вправду выдумала.
День в школе прошел спокойно. Насчет завтрашней контрольной по физике
разговора не было, лишь Тося бросала на Катю многозначительные взгляды.
После уроков они вдвоем занимались с беднягой Садовым, объясняя ему все
тот же закон Кирхгофа. Тося сказала: "Уф, как горох об стенку", но Митька
не обиделся. Он действительно не мог взять в толк, зачем, кроме
сопротивления, выдумали еще какую-то проводимость. Уходя, Тося назвала его
"удивительной тупицей". Похоже, она была права, хотя папа недавно и
объяснял Кате, что мозг у всех людей одинаковый, только не все умеют им
