Александр Мирер. У меня девять жизней -
94 >
же самое. Выходило, что раздвоение и впрямь позволяло считать в уме... то
есть в подсознании, и к тому же производить разумные округления. Значит,
дело не в тренировках: бахуш включает какие-то области мозга, заставляет
их работать, а не дремать без толку.
Он развлекался еще некоторое время, проделывая сумасшедшие
вычисления, как эстрадный счетчик. Потом кончилось действие бахуша и стало
нехорошо. Наступило похмелье. Закачались коричнево-зеленые стены,
потянулась дорога час за часом, и он преодолевал эти часы, и все слышал
прощальные слова Брахака: "Я вырастил гонию на поляне железного дома. Если
вернутся друзья твои, прямо с поляны пошлют тебе призыв, Адвеста".
...Мягко стучали копыта, вскрикивали охотничьи звери; мерно,
неторопливо продвигался отряд. Копыта стучали: не вернутся. Ты напрасно
старался, Управляющий Равновесием. Пришельца не найдут. Никогда.
Совмещенные Пространства охватывают тысячи вселенных, и отыскать одного
человека, жалкую крупицу живой материи, менее вероятно, чем выловить одну
определенную рыбешку в океане. Он утратил координаты, он безличен теперь,
как осенний лист, упавший в лесу. Но ребята стартуют. Они должны
стартовать и уходить на поиск вопреки любым теориям. "Как в горло - нож,
как в сердце - гвоздь..." Они должны искать, пока есть хоть ничтожная,
невообразимо малая вероятность, тень надежды.
"Тень... - горько думал Николай. - Нет даже тени надежды. Четырех
человек баросфера не примет".
Так вышло, что здесь Нанои, и если баросфера сможет принять их обоих
- вдруг придет сюда и сможет принять - все равно ничего не выйдет. Климат,
пища, городской воздух. Об этом и думать глупо...
...Он еще тысячу раз вернется к надежде и потеряет ее. Будет выбегать