Александр Мирер. У меня девять жизней -
54 >
плоские горбы. Как раз, чтобы уложить и нести человека. Но они шли
пустыми...
Ахука рванулся, лианы лопнули, обдирая тело. Он схватил лук, взял
собак и гепарда на поводки и огромными прыжками понесся в лечилище - звери
тянули, как бешеные.
...Он выбежал на поляну - пусто. Крысы-уборщики с писком катились в
стороны. В лечилище также пусто - стол срезан, людей нет... Собаки дергали
поводки, визжали, торопили. "Вперед, рыжие!" - одна за другой, бесшумно,
носом к земле, они бросились в погоню. На поворотах следа одна из собак
останавливалась и дожидалась Ахуки, чтобы показать направление.
След вел на полдень. Ахука пробежал по следу четырежды дюжину дюжин
шагов и увидел младшего Хранителя Памяти. Верхом на лошади он ехал
навстречу.
- Где пришельцы? - прямо спросил Ахука. - Здоровы ли они?
- Взлетели на птицах, держат путь к Железной дыне, - дневным,
оживленным голосом ответил Хранитель.
- Ты ведешь лошадь в Питомник. Я направляюсь туда и заодно отведу ее.
И облегчу себе дорогу.
Ничего удивительного не было в том, что Охотник спешит в Питомник, но
Хранитель все же осведомился.
- Почему ты спросил меня о пришельцах?
- Кару-кузнец, ты меня не узнал... Я стоял у трех дорог со Старшим
Хранителем, когда ты провел нардиков к пришельцам. Я испугался их, -
добавил Ахука наивно.
Усаживаясь на лошадь и провожая Кару глазами, он с горечью думал, что
утаил свои мысли. О-а, к чему это приведет... Он думал об этом, когда
приказывал собакам отправиться в Стан Охотников и пока скакал через
поселение к домам Питомника.
Птиц нельзя было, как слонов и лошадей, переводить с выгона на выгон
- они должны жить на одном месте постоянно, от рождения до смерти. В
период дождей им надлежало находиться под крышей. Поэтому каждая Птица