Александр Мирер. У меня девять жизней -
24 >
гигант...
- Сначала проверь как следует. Бери карандаш.
- Очкарь, бумажная душа, - нежно сказал Колька. -
Тетрадочки-карандашики.
Володя внимательно смотрел на него, прижимая очки к глазницам:
- Я бы не стал принимать это за истину. Умозрительные выводы... - он
пожал плечами.
- Послушай, - сказал Колька. - Вчера у нас была альтернатива: или
Земля, или мы пропали. Так? Сегодня тройной выбор. Либо Земля, и нам
некуда спешить, либо СП, и мы имеем трое суток на обследование...
- Или пропали, - закончил Володя.
- Да. И опять-таки нам некуда торопиться. Главное, что некуда
торопиться, и наши шансы теперь составляют два к одному.
Они посидели рядом, плечо к плечу. "Ах ты, дружище, - думал Колька. -
Настоящий исследователь... Мы везучие все-таки, могли же влипнуть черт-те
во что, а не-в этот райский зоопарк. И здорово, что мы не супермены,
потому что те сначала стреляют, а потом думают. Хороши бы мы оказались;
если бы вчера открыли пальбу по врачам, когда они кормили слепых поросят
Рафкиной кровью..."
- Ну их всех, - сказал Колька. - Не вешай носа, выберемся.
- Я не вешаю коса. Свисти, пора к Рафаилу.
Явился лохматый охотник, Ахука. Раз-раз, - не слушая возражений,
промассировал гостям ноги, еще сведенные после верховой прогулки. Раз-раз
- умыл, накормил завтраком. Он был взбудораженный, очень решительный... За
едой прокричал: "Тан, Та-ан-и!" С дерева съехал орангутанг, заковылял в
соседнюю хижину. Вынес и подал хозяину подзорную трубу.
Колька чуть не подавился. Охотник передал ему трубу и взволнованно
замигал лохматыми ресницами.
- Серьезное сооружение, - одобрил Колька.
Объектив был примерно трехдюймовый. Стекла отличной шлифовки, оправы
- полированные, серебряные. Тубус твердого дерева, в широкой части обтянут