Александр Мирер. У меня девять жизней -
18 >
чтобы не оскорблять чувства верующих своим присутствием, но тут, сотрясая
землю, прибежал бритый врач и бесцеремонно сунул голову между двумя
молящимися. Простучала пятками целая толпа мужчин и женщин, окружили
дерево вторым кольцом. Стояли, наклонившись, и слушали. У нас бы так
слушался экстренный выпуск о полете на Венеру...
Странно. Охотников между ними не было. Один Джаванар. Вот все
поднялись с колен, мягким басом Брахак произнес несколько слов, пауза, еще
несколько слов.
В толпе загомонили-зашумели. Смолкли. Торопливо начали расходиться,
на Кольку поглядывали без улыбки. Худой, очень темнокожий человек стоял на
коленях, громко пел одни гласные: "А-а-а-у-у..."
Колька подошел к дереву, он прямо горел от любопытства. Ствол, в
полтора обхвата, был четко восьмигранный, как чудовищная головка болта, а
в метре над землей были овальные отверстия - аккуратно на оси граней. По
дереву густым слоем сновали черные муравьи - вот почему оно казалось
синим...
Поляна опустела. К дереву подходил охотник с гепардом на поводке, в
полной амуниции, с луком, а Брахак звал, показывал на аллею - скорей,
пошли. "О-эм-м, о-а-ии", - пели у дерева...
Брахак торопился. Колька пошел спортивным шагом, чтобы не отстать. По
дороге отметил, что слон поднялся, переминается с ноги на ногу, на спине -
ременная сетка. Собаки исчезли со своей поляны, в траве прыгали черные
молнии - крысы подбирали остатки корма. Проскакала обезьяна в зеленой
перевязи, с большой дубиной за спиной. Лица у охотников были хмурые...
Что-то случилось.
В медицинском доме сидели охотники с луками. Вокруг стола орудовали
пушистые серые звери, размером с таксу. Хрустели зубами, подрезая стол
вместе со спящим Рафаилом.
Володя стоял рядом в полной растерянности и вскрикивал: "Да что