Александр Мирер. У меня девять жизней -
10 >
зеленую униформу. Лук и колчан висели у него за спиной, и из тени на все это смотрели еще несколько охотников, и Колька увидел очень близко лицо врача. Он стоял перед Колькой, трогая себя за подбородок. Бицепс надулся на его руке - страшно было смотреть - и глаза как бы надулись, огромные, бычьи, с зеленоватыми белками, - глядели и не видели. Потом пальцы отпустили подбородок, взгляд вышел изнутри на свет, и глаза дрогнули и ожили. Пробежали сверху вниз и снизу вверх по бледному потному лицу, исцарапанным рукам, по пистолету, задвинутому за пояс. Остановились - глаза в глаза. И Колька понял, что сию секунду заснет. И заснул. И проснулся уже в этом доме, по-прежнему без одежды, но почему-то с пистолетом. А теперь проснулся и Володя Бурмистров и спросил: "Где Рафа?"- То-то и вопрос, где Рафа, - сказал Николай. - Видишь, зверь на поляне? Не выпускает наружу. И людей - никого, будто вымерли. Володя всмотрелся и рассеянно отметил: - Это гепард. Они легко приручаются. - А ты выйди, попробуй... - Давай заорем, - сказал Володя. - Свистни, вот что! Свистеть Колька был мастер. Детдомовское его прозвище было Колька-Свисток. Он грянул в два пальца, так что гепард подпрыгнул и приложил уши, а сверху кто-то заухал и захохотал. - Концерт... - сказал Володя. - А знаешь, Свисток, это не Земля. - Глупости, брось, - быстро сказал Колька. У него похолодели руки. Насколько вчера утром ему хотелось, чтобы здесь было Совмещенное Пространство, настолько сегодня была необходима Земля. Ведь Рафаил не выдержит обратного перехода в баросфере, его и здоровые еле выдерживают: А энергия из "Криоля" утекает... Если здесь СП, то экспедиция останется в нем навсегда. "Криоль" сохраняет стартовый запас