Александр Мирер. Главный полдень -
92 >
не волнуйся уж так. У меня есть план.
- И прекрасно, - сказал Вячеслав Борисович. - Маша, поехали!
Степка не повернулся, он чувствовал, им еще надо поговорить. И правда,
сейчас же Портнов спросил:
- Ну, какой план?
- Не секретный. Я теперь предупрежден, так-сяк проинформирован, немного
представляю себе схему их воздействия на мозг и попытаюсь с ними потягаться.
- Что?!
- Мне кажется, - очень мягко пояснил Митя, - что мощный и
информированный разум должен потягаться с подсаженным сознанием. Они
оставляют нетронутыми некоторые высшие области мозга - я, правда, не
специалист, - но центры речи, письма, вся память... Они лишь добавляют свою
память.
- И волю, - сказал инженер. - Маша, оторвись от окна наконец! А ты,
Дмитрий, не вовремя ударяешься в науку. Двери сам им откроешь? Чтобы
потягаться?!
- Я не тороплюсь стать подопытной собакой, - сказал Благоволин. - Не
тороплюсь, но и не боюсь. И мне странно слышать, что ученый отождествляет
научный эксперимент с предательством.
Впоследствии Степка вспомнил эти споры и понял, что Портнов тогда еще
все решил, но теперь Степка был совсем огорошен. Пусть будет так, пускай
Благоволину и незачем ехать к телескопу - "слизняка" и личного номера у него
нет, и уже в воротах к нему прицепится охрана. С другой стороны, он как-то
не по-товарищески оставлял Портнова одного. Насчет его затеи - пересилить
"гипноз" - Степка сомневается, конечно. Сурен Давидович не пересилил...
Ковыряя ногтем краску на подоконнике, Степан смотрел на улицу.
Зашуршали колеса. Тихо подкатил и остановился перед общежитием зеленый
"ГАЗ-69". Из него вылезли двое и не спеша двинулись к подъезду.
Наверно, у Степана ощетинился затылок, - Благоволин мгновенно
