Александр Мирер. Главный полдень -
66 >
приметный - изогнутый, как лунный серп, так что получалась улыбка на
бледном, злом лице.
- Как тебя звать?
- Малгося, - ляпнул Степка, не подумав, и стал пятиться, потому что
парень опустил глаза и пробормотал:
- Гляди, как выросла. Не узнаешь... - Он выплюнул окурок. - Шла бы
домой.
Он повернулся широкой спиной и ввинтился в толпу. Через секунду его
антрацитовая голова блестела уже далеко в стороне - он сел на скамейку
посреди сквера и закурил.
Степан стал пробираться к нему, потому что парень внушал доверие. И был
не из тех. Как он это узнал? Очень просто. Они с Малгосей совершенно не
похожи. Она смуглая, чернобровая, а Степка - белобрысый и веснушчатый.
Человек из тех, знающий Малгосю, обязательно бы заподозрил неладное, ведь
Степкины приметы передал Рубченко - "Десантник".
Но чубатый оказался непоседой. Вскочил, опять выплюнул окурок,
протиснулся к кассирше и закричал на нее:
- Когда переправу наведут, говорите точно! Когда? Саперы вызваны?
- Я человек маленький! - верещала кассирша. - Я саперами не командую!
- А Березовое? - гаркнул чубатый.
- Грязь там, грязь! - надсаживалась кассирша. - Грязь, машины вязнут!
- Па-анятно, - сказал парень и снова метнулся в толпу.
Степан приподнялся на носках и увидел рядом с его шевелюрой милицейскую
фуражку. Парень энергично наседал на милиционера. Их сразу обступила куча
народу. Степан влез на скамейку. Дьявольщина! Рубченко успел переодеться в
форму. Чубатый говорил с воскресшим капитаном!
Рубченко взял парня под правый локоть. Со стороны это выглядело совсем
невинно: обходительный офицер милиции объясняет положение взволнованному
горожанину. Дела, видимо, печальные - тот свободной рукой схватился за