Александр Мирер. Главный полдень -
5 >
телеграфисте и вообще о Фединых фокусах. Машина ехала быстро. На ухабах нас
било спинами и головами о доски борта. Поэтому, может быть, посреди рассказа
я стал сам с собой спорить. Сказал, что я дурень и паникер и напрасно втянул
Степку в историю. Конечно, Федя вел себя очень странно, да какое наше дело?
Он вообще чудной. А я паникер.
Степка убрал ухе и сморщился. Он моей самокритики не выносит. Он
показал, как играют на гитаре, и прошептал:
- А это он что - разучился? Ты видел, чтобы он гитару забывал?
Я зашептал в ответ, что после ночной смены можно голову позабыть, а не
гитару. Что Феде просто надоело ждать Нелку. Он сидел, ему было скучно, и он
шутил со знакомыми. Например, так: "А почту вашу ограбили". Почтари - будь
здоров! - хватались за сердце. Потом он решил поехать Нелке навстречу,
воспользовался своей популярностью и поехал на грузовом такси. Нормальное
поведение. Друзей у него в городе каждый третий. Ну каждый пятый, не
меньше...
- К Нелке поехал? - сказал Степка. - Она живет в обратной стороне
вовсе. - Он подумал и добавил: - Хороши шуточки! А с гитарой на завод не
пускают.
- Его везде пропустят.
- Это молокозавод, - сказал Степка. - Там чистота и дисциплина. А ты -
идиот.
Я все-таки рассердился:
- Ну, паникер, ну, шпионских книжек начитался, но почему я идиот?
- Потому. Федька вчера выступал в совхозе, в ихнем клубе. Загулял,
наверно. А ты - лапша. Начал дело - доведи его до конца.
- Вот сам и доводи до конца, - окрысился я и полез к заднему борту,
чтобы спрыгнуть, но в эту секунду по кузову забарабанили камешки, машина
резко прибавила скорость, - кончился город, пошло шоссе. Мы слышали, как
смеются в кабине те двое, а машина летела, как реактивный самолет.