В поисках приключений

27 >

не понял еще, а капитан Рубченко уже падал со стула. Сурен Давидович смотрел
на него, сжимая винтовку, и из стены, из громадной черной дыры сыпался шлак.
Дыра была рядом с головой Сура.


Несчастье

     Говорю вам, мы ничего не поняли. Мы будто остолбенели. В  косом  столбе
солнечного света блеснул седой ежик на голове Павла  Остаповича,  -  капитан
падал головой вперед, медленно-медленно,  в  полной  тишине.  Только  шуршал
черный шлак, осыпая белую клеенку на тумбочке. Степка еще стоял  с  поднятой
рукой - так быстро все произошло. Я еще без страха, будто во  сне,  смотрел,
как капитан грудью и лицом опустился на половицы, как из-под его груди снова
ширкнуло пламя, ударило под кровать, и оттуда сразу повалил дым.  Потом  Сур
вскрикнул: "Остапович!" - и попытался поднять капитана, а Степка  неуверенно
взял графин и стал плескать под койку, откуда  шел  дым.  Я  очнулся,  когда
Верка закричал и закатил глаза.
     Мне пришлось вытащить его в коридор. Он перестал кричать и  вцепился  в
меня. У меня до сих пор синяки - так он крепко  ухватился  за  мои  руки.  Я
сказал Верке:
     - Сейчас же прекрати истерику! Надо помогать Сурену Давидовичу.  А  еще
гвардеец...
     Он немного ослабил руки. Кивнул.
     - Ты, может, домой побежишь? - спросил я.
     - Я буду помогать, - сказал Верка.
     - Нет, уходи домой, - сказал я, но это были пустые слова.
     Верка по-детски, с перерывами, вздохнул и пошел за мной.
     В кладовой остро пахло дымом. Павел Остапович  лежал  на  кровати.  Сур
стоял над ним и жалобно говорил по-армянски, ударяя себя по лбу кулаками. Он
совсем  задыхался.  Мрачный,  но  нисколько  не  испуганный   Степка   стоял
набычившись. Я не смотрел в ту сторону.
     Я прошептал:
     - Степ, как это получилось? Он умер?
     Степка дернул плечом. Я понял: умер. Но я все  еще  думал  о  случайном

Следующая

27 >