любезный мой друг, совсем не так. Не думал я, что придется увозить
вас силой. Что ж, такова судьба... Еще раз простите меня.
Я смутился. Мне стало искренне жаль его.
-- Ну, будет вам, -- проворчал я с чуть заметными
нотками сочувствия в голосе. -- Что ж, я понимаю... Приказ... Что
ж... Сам в армии служил... Святое дело... Приказы надо выполнять...
-- Вы правда не сердитесь на меня? -- обрадовался
командир, порывисто хватая меня за руку. -- Вы ведь понимаете,
что я не по своей воле... Но клянусь вам, вы не пожалеете об этом
полете! Это будет прекраснейшее путешествие! Вот увидите. Не верите?
Командир снова искрился улыбкой, отличное
расположение духа вновь снизошло на него.
-- Нет, почему же, верю, -- пробормотал я,
тупо уставившись в стену. -- Ведь другого мне не остается...
-- Вот и отлично! Верьте! Верьте, Николай
Николаевич, дорогой мой! Вы прекрасно проведете время, ручаюсь
вам! А пока мы еще в пути, я поведаю вам кое-что о нашей планете.
Вам это будет интересно.
-- Валяйте. -- Я устало махнул рукой и плюхнулся
в кресло. Я сдался. А что мне еще оставалось делать?..
-- Итак, -- начал командир звездолета, устраиваясь
в кресле напротив меня, -- наша цивилизация расположена на далекой
планете, которая вашей науке еще неизвестна...
Более часа длился рассказ звездолетчика.
Сначала рассеянно, а потом все более и более увлекаясь, внимал
я ему. О своей планете, которую командир называл почему-то Большим
Колесом, он говорил с упоением и чувством нескрываемой гордости.
Выяснилось, что обе планеты -- Земля и Большое Колесо -- практически
почти ничем не отличаются друг от друга. Их радиусы, масса, химический
состав -- все было схожим, различия заключались лишь в незначительных
деталях.
-- И нет в этом ничего удивительного, дорогой
