Сергей Михайлов. Далекие огни -
53 >
сразу понял: есть в тебе какая-то жилка, не
приживешься ты в бомжах. Я ведь тебя еще тогда
насквозь разглядел, когда ты от водки чуть было
коньки не отбросил. Пьешь сейчас-то?
Петр мотнул головой.
-- Завязал, дед, завязал подчистую.
Так, за компашку с доктором грамм по сто, бывает,
вечерком тяпнем, для поддержания беседы, а так
чтобы напиться -- ни-ни. Да и не тянет что-то.
-- Одобряю. Не нужна тебе, Петенька,
эта зараза. Жизнь у тебя вся еще впереди, сейчас
сгубишь, потом поздно будет на попятный идти... А
доктора нашего крепко держись, сынок, он мужик
что надо. Редкой души человек. Один он, понимаешь,
один на всем белом свете, не на кого тепло свое
излить, вот он к тебе и приклеился. Смотри, не
оттолкни его.
-- А отчего ж он один?
Дед Евсей на минуту задумался,
закурил папиросу.
-- Была у него жена, -- сказал он, -- да
года три назад умотала в Тверь с каким-то
офицеришкой. Вот с тех пор он один и кантуется. И,
заметь, никогда ни на что не жалуется. Оптимист,
каких еще поискать.
-- Да, -- согласился Петр, -- оптимизма
у него не отнять, это ты верно, дед, подметил.
-- А я всегда все верно подмечаю, --
рассмеялся старик.
Ровно в двенадцать открыли
шампанское. Полковник Коля провозгласил тост за
крепкую мужскую дружбу и выпил с доктором на
брудершафт.
Вновь заиграла гармошка, несколько
бродяг пустились в пляс.
Доктор, прищурившись, с улыбкой
смотрел на все это веселье.