Сергей Михайлов. Далекие огни -
47 >
быстро сказал он. -- Народ у нас бедный, не то что
иномарка -- старенький "жигуль", и тот нашему
обывателю не по карману.
-- А местные коммерсанты?
-- Да какие они коммерсанты! -- махнул
рукой доктор. -- Едва-едва концы с концами сводят.
Не до жиру им. Нет, некому здесь на иномарках
разъезжать, это уж я тебе как старожил заявляю. А
чужие к нам не заезжают, тем более на иномарках.
-- Вот и выходит, что меня на той самой
машине привезли, -- нахмурился Петр. -- Привезли --
и прямо на улице бросили.
-- Вполне вероятно, -- задумчиво
произнес доктор. -- Я бы сказал, не бросили, а
просто-напросто выбросили. На обочину. Сунули в
зубы липовый паспорт, запудрили мозги легендой о
Петре Суханове -- и выбросили. А там... выбирайся,
мол, сам. Похоже?
-- Похоже, -- кивнул Петр мрачно. --
Расклад вроде верный.
-- Вот и будем придерживаться этого
расклада. Тем более, что он хорошо вписывается в
нашу версию о богатом мерзавце, позарившемся на
твою почку.
Спать легли уже заполночь. А наутро
снова отправились на работу в городскую клинику.
Ежедневные беседы, вертевшиеся
всегда вокруг одной и той же темы, заметно
сблизили их. Петр оттаял и перестал дуться на
своего спасителя, в его отношениях с доктором
наметилось какое-то молчаливое взаимопонимание
и взаимодоверие: они понимали друг друга с
полуслова, полувзгляда, полунамека.
Курить Петр так и не бросил и вскоре
дымил уже как паровоз. "Горбатого могила
исправит", -- махнул на него рукой доктор. Правда,