Абрахам Меррит. Обитатели миража -
60 >
к пояснице; один раз, стряхнув воду с глаз, обнаружил, что рядом плывет
змея; казалось, она соревнуется со мной в скорости.
Вода теплая, как парное молоко, в ней удивительно легко плыть. Река в
этом месте достигала в ширину примерно тысячи футов. На середине ее я
услышал резкий крик и почувствовал над головой удары крыльев. Я
перевернулся, отбиваясь руками.
Надо мной парил белый сокол женщины-волчицы, он опускался, взлетал,
угрожая своими когтями.
С берега донесся крик, звонкий, повелительный, на архаичном
уйгурском:
- Вернись! Вернись, Желтоволосый!
Я повернулся, чтобы посмотреть назад. Сокол прекратил нападать. На
берегу на своей большой черной кобыле сидела женщина-волчица, держа в
руках плененную девушку. Глаза волчицы сверкали, как сапфировые звезды,
свободную руку она подняла в призывном жесте.
А вокруг нее, опустив головы, глядя на меня зелеными глазами, стояли
белоснежные волки.
- Вернись! - снова воскликнула она.
Она была прекрасна, эта женщина-волчица. И трудно было не
повиноваться ей. Но нет, она не женщина-волчица. Кто же она? Я вспомнил
уйгурское слово, древнее слово, я и не подозревал, что знаю его. Салюрда -
ведьма. И вместе с этим словом пришло гневное неприятие ее призыва. Кто
она такая, Салюрда, чтобы командовать мной? Мной, Двайану, который в
прежнее время приказал бы высечь ее скорпионами за такую наглость!
Я высоко приподнялся с белой воде.
- Возвращайся в свое логово, Салюрда! - закричал я. - Двайану не
повинуется тебе! Когда я призову тебя, повинуйся!
Она смотрела на меня в немом изумлении. Сокол с криком описал круг
над моей головой и улетел. Я слышал рычание белых волков, слышал топот
копыт черной кобылы. Добравшись до берега, я вышел на него. Потом