Абрахам Меррит. Обитатели миража -
55 >
Казалось, они лишены зрачков и не вполне человеческие; как и вой его
женщины. В глазах его была боль и жгучая ненависть. Он посмотрел на мои
волосы, и ненависть сменилась удивлением.
Боль в руке стала почти невыносимой. Как же должен был страдать этот
маленький человек. Я разорвал скобы, удерживавшие его. Поднял маленького
мужчину и передал его Джиму. Он весил не больше ребенка.
Потом оторвал скобы, удерживавшие женщину. В ее глазах не было ни
страха, ни ненависти. Они были полны удивлением и благодарностью. Я отнес
ее и посадил рядом с мужчиной.
Оглянувшись, я увидел, что вся поверхность утеса охвачена движением;
извивались красноватые стебли. Белые цветы раскачивались, поднимая и
опуская цветочные чаши.
Отвратительно...
Маленький мужчина лежал неподвижно, переводя взгляд от меня к Джиму и
обратно. Женщина заговорила певучими звонкими звуками. Она устремилась по
лугу к лесу.
Джим смотрел на золотистого пигмея, как во сне. Я слышал его шепот:
- Юнви Тсундси! Маленький народ! Значит, это правда! Все правда!
Маленькая женщина выбежала из зарослей папоротника. В руках ее была
охапка толстых, увитых жилками листьев. Как бы извиняясь, она бросила на
меня взгляд. Склонилась над мужчиной. Выжала сок из листьев ему на грудь.
По ее пальцам тек молочный сок и капал на почерневшую грудь. Он затягивал
поврежденное тело тонкой пленкой. Маленький мужчина вздрогнул, застонал,
потом расслабился и лежал неподвижно.
Маленькая женщина взяла мою руку. Там, где ее коснулся нектар, кожа
почернела. Женщина выдавила на это место сок. По руке пробежала ни с чем
не сравнимая боль. И почти немедленно исчезла.
Я посмотрел на грудь маленького человека. Чернота исчезла. На месте
ожога виднелась рана, красная, нормальная. Я взглянул на свою руку.