Абрахам Меррит. Обитатели миража -
23 >
- Узнаешь... - начал он и гневно прервал себя. - Нет! Я скажу тебе
сейчас! Для того, чтобы эта пустыня снова стала плодородной. Чтобы уйгуры
вернули себе свое величие. Древнее святотатство против Калкру, чьим
результатом стала эта пустыня, должно быть искуплено!
- Какое отношение я, чужак, имею ко всему этому?
- Мы, те, к кому ты пришел, не обладаем древней кровью, чтобы вызвать
все это. Ты не чужак. Ты Двайану - Освободитель. У тебя чистая кровь. И
только ты, Двайану, можешь изменить судьбу.
Я подумал, как обрадовался бы Барр, услышав это объяснение, как
торжествовал бы он над Фейрчайлдом. Я поклонился старому жрецу и сказал,
что готов. Он снял с моего пальца кольцо, снял со своей шеи цепь вместе с
ящичком и велел мне раздеться. Пока я раздевался, он сам сбросил одежду, и
все окружающие поступили так же. Жрец унес наши вещи и скоро вернулся. Я
смотрел на сморщенные обнаженные тела стариков, и у меня вдруг пропало
всякое желание смеяться. В ритуале было что-то зловещее. Урок начался.
Это был не ритуал, скорее воззвание к духу, еще точнее - вызывание
Существа, Власти, Силы, именуемой Калкру. И сам процесс, и жесты, его
сопровождающие, были чрезвычайно любопытны. Отчетливо звучали архаические
формы уйгурского языка. Многие слова я не понимал. Очевидно, они
передавались от жреца к жрецу с глубокой древности. Даже равнодушный
прихожанин счел бы их богохульными и проклятыми. Но я был слишком
заинтересован, чтобы думать об этой стороне происходящего. У меня
появилось то же странное чувство знакомого, какое я впервые ощутил при
имени Калкру. Однако на этот раз я не испытывал отвращения. Я все
воспринимал очень серьезно. Не знаю, связано ли это с объединенной волей
двенадцати жрецов, которые не отрывали от меня взглядов.