Абрахам Меррит. Лесные женщины -
8 >
чем он мог дать им жизнь.
Туманный столб проплыл вперед и остановился, покачиваясь, на
расстоянии вытянутой руки от него. И неожиданно из него выглянуло женское
лицо, глаза на уровне его глаз. Да, женское лицо; но Маккей, глядя в эти
глаза, рассматривавшие его, понимал, что они не могут принадлежать
человеку. Глаза были без зрачков, белки оленьи и цвета мягкой зелени
глубокой лесной поляны; в них сверкали крошечные светлые звездочки, как
мотыльки в лунном луче. Глаза широкие и широко расставленные под широким
низким лбом, над которым прядь за прядью волосы цвета бледного золота;
пряди казались покрытыми блестящим золотым пеплом. Нос маленький и прямой,
рот алый и изысканный. Лицо овальное, заострявшееся к нежному острому
подбородку.
Прекрасное лицо, но чуждой красотой; волшебной. Долгие мгновения эти
необычные глаза всматривались в него. Потом из тумана показались две белые
тонкие руки, с длинными ладонями, с сужающимися пальцами.
- Он услышит, - прошептали алые губы.
И сразу вокруг послышались звуки: шепот и шорох листьев под дыханием
ветра, скрип ветвей, смех невидимых ручейков, возгласы воды, падающей в
глубокие каменные пруды, - голоса, которые лес сделал различимыми.
- Он услышит! - провозглашали эти голоса.
Длинные белые пальцы коснулись его губ, и прикосновение их было
прохладным, как прикосновение березовой коры после долгого утомительного
подъема; прохладным и слегка сладковатым.
- Он будет говорить, - прошептали алые губы.
- Он будет говорить! - снова подхватили лесные голоса, как молитву.
- Он увидит, - прошептала женщина, и холодные пальцы коснулись его
глаз.
- Он увидит! - повторили лесные голоса.
Туман, скрывавший рощу от Маккея, задрожал, поредел и исчез. Его