Томас Майн рид. Охота на левиафана -
17 >
которых был у нашего достаточно искусного повара. Для экипажа,
сидевшего полгода на солонине, такое меню выглядело прямо-таки
эпикурейским.
В день Рождества с самого утра палуба была, насколько
возможно, очищена от загромождавших ее предметов, хорошо
вымыта, натерта пемзой, совершенно как на военных кораблях.
Принарядились и матросы во все, что лучшего нашлось в их
сундуках. Некоторые так разукрасились, словно на корабле
предполагался бал, который почтит своим присутствием королева
Сэндвичевых островов или Помаре, королева острова Отанти.
Только один человек держался в стороне и не принимал
никакого участия в приготовлениях к празднику.Это был офицер
"Летучего облака" Элиджа Коффен. В радостное рождественское
утро, когда все в чудесном настроении духа обменивались
шутками, на лице Лиджа лежала еще более мрачная тень, чем
обыкновенно. По-видимому, Коффен старался сделать свою
наружность соответствующей своему имени (в переводе с
английского оно значило "гроб"). Но никто не обращал на него
внимания: он никогда не принимал никакого участия в
развлечениях экипажа, и вся эта церемония приготовлений не
могла занимать его. Вот если бы составлялся кружок для молитвы,
он охотно предложил бы свои услуги, пожалуй, даже взял бы на
себя инициативу.
Однако надо заметить, что несмотря на свой холодный и
сдержанный характер, Лидж Коффен не вызывал неприязни или
презрения среди экипажа "Летучего облака". Все знали, что он
честный малый, великолепный моряк, не имеющий себе равных в
искусстве бросать гарпун. Если как офицер он не был общителен,
то во всяком случае никто не мог упрекнуть его в деспотизме.
Однако в этот день мне хотелось, чтобы и он участвовал в общем