Алан Александер Милн. Грезы мистера Файндлейтера -
17 >
последующую неделю мистер Файндлейтер провел в разговорах с Лаладж. Вернее,
говорил только он: Лаладж слушала. Монологи эти не отличались разнообразием.
Не будь Лаладж ангелом, они бы ей изрядно поднадоели.
- Видишь ли, дорогая, до последнего момента я могу притворяться... я
хочу сказать, пока еще ничего не сделано. Я занимался лишь подготовкой...
Разумеется, дорогая, я собираюсь это сделать, но не обязательно же в
следующую среду. Может, через неделю. Нет, нет, пожалуй, что в следующую. Я
лишь хочу сказать... - а затем продолжал, с мольбой в голосе. - Это же все
наши фантазии, не так ли, Лаладж? Мы с тобой такие выдумщики. Ты с этим
согласна, дорогая? Я хочу сказать, никто же не собирается убивать свою жену!
После долгой паузы мистер Файндлейтер заводил другую пластинку.
- Конечно же, я это сделаю. Она отвратительна. Она загубила мою жизнь.
Боже мой, из=за нее я провел в аду двадцать лет. Двадцать лет моей жизни!
Да, это был ад. День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, сколько
же я от нее натерпелся. Едва ли какой мужчина выдержал бы такое. И никто не
знает, какие муки мне пришлось вынести. Даже если меня поймают и повесят, я
не раскаюсь в содеянном. Но меня не поймают, не так ли, Лаладж? Мы им не по
зубам.
И так далее, и так далее, в том же духе...
Во вторник мистер Файндлейтер вернулся из банка в положенное время. Он
принял окончательное решение дать Минни еще один, последний шанс. Если в
этот вечер она будет вести себя, как обычно, тогда завтра... Но, если... С
этой мыслью он вставил ключ в замочную скважину, повернул, открыл дверь,
переступил порог.
Из кухни выбежала заплаканная Бриджет.
- О, сэр, - запричитала она. - Госпожа!
Решительные шаги послышались над головой, на лестнице показались ноги